Сердце Зоны [= Операция «Чистое Небо» ] - Андрей Левицкий

– Говоришь, Зона не съежилась, а наоборот, разрослась? – прошептал Никита.

– Вроде того.

– И намного? До Киева? На всю страну? На весь континент? Или, может…

– Не знаю я.

– Только разрослась – или что-то еще? Там… мне кажется, там все очень сильно изменилось, наверху. Слышишь?

Андрей прислушался – снаружи доносились необычное пощелкивание и стрекот. Странное дело, он не мог понять, какой у них источник, не мог определить даже, живое ли существо их издает, или они возникают благодаря какому-то природному явлению…

Никита шумно втянул носом воздух.

– И дышится как-то по-другому, чуешь? Не разберу, в чем дело. Раньше дышал – как воду пил, а сейчас будто заглатываешь, или песчинки втягиваешь, или… короче, ты понял.

– Нет, ничего я не понял. Но воздух и вправду другой.

– Ага. Вроде не противный, но… Короче, какой-то не такой, никогда ничего подобного не это…

– Не обонял.

– Не нюхал, да.

Они помолчали.

– И что там теперь? – спросил наконец Андрей.

– Надо подняться и посмотреть. И еще, ты знаешь, я заметил… У Болотника один глаз в конце в самом, когда он на ученого показал, – вроде черным стал. И без зрачка. Ты говорил, у Шрама тогда, в Долине… Так, может… а? Наблюдали они за нами, то есть за тем, что здесь произойдет? Не все время, нет, в конце только, когда Болотник в пузыри попал после взрыва. Взяли над ним контроль, помогли сюда добраться. А как бы он еще из пузырей выбрался, кто его вел?

Андрей вздохнул.

– Ты боишься наверх идти, я понимаю. Время тянешь.

– Да, – признал Никита, прислушиваясь к доносящемуся снаружи стрекотанию. – Что-то страшновато мне. Мурашки по спине бегут. Боюсь увидеть, что там теперь.

– И у меня бегут. Но не сидеть же здесь до смерти.

– До смерти, – повторил Пригоршня и вдруг ухмыльнулся. – До смерти! Нет, не будем. Пошли.

– Идем.

Они подняли из песка автоматы, переглянулись и стали неуверенно взбираться по склону, оступаясь и съезжая, сквозь искрящийся свет – навстречу тому, что ждало снаружи.